Вот сидела я, думала, совсем, наверное, не по теме будет, но все равно решила написать. Про няню своей старшей дочки я уже писала. Теперь вот в доме появился малыш. Мальчик. Озорник.

Сколько житейских историй о детской ревности я наслушалась, сколько серьезных статей прочитала на эту тему! У самой - младший брат, которого я везде таскала за собой, покупала ему все, на что хватало моих сбережений, которого любила беззаветно. Дочульку поставили в известность о будущем малыше в тот же день, когда узнали сами: решили, что это - событие, одинаково важное для нас троих, все остальные - уже немножко второстепенные. Мой милый восьмилетний ребенок решил, что мы шутим, - с ее точки зрения живот у мамы был подозрительно маловат... Мы ее утешили, что "еще не вечер". И вместе с маминым животом росло в дочке чувство любви к еще не рожденному сокровищу. "Мамочка, - говорила мне дочь, - ты ведь будешь любить его сильно-сильно, правда?" Я тут же отвечала, что да, конечно, но не больше, чем ее. А она удивлялась: "Ты что, ведь он будет совсем маленький, его надо будет любить очень сильно!!!". И как я ни старалась уловить (с опасением) нотки ревности, ничего не находила! Была только искренняя забота о нем, нашем будущем малыше.

А когда нам сказали, что будет мальчик! Мама ведь опять хотела дочку! Мой милый человечек выдал мне сентенцию: "Ты что, не говори так! (что девочку хочу). Он там, в животике, все слышит! Представляешь, как ему обидно! Пусть мальчик. Ведь наш же. Мы его все равно будем любить!!!" После чего я делала вывод о том, что дочь моя - гора-а-аздо умнее мамы. И вот он родился! Наш маленький мужичок. Моя милая дочь, немного расстроившаяся из-за того, что в роддом не пускали посетителей младше 12 лет, с нетерпением ждала нас дома. Дождалась, мы приехали. И началась, нет, продолжилась, большая любовь. Просто теперь она стала взаимной. Моя девятилетняя няня вскакивала ночами, таскала часами на ручонках плачущее чудо, отказывалась от прогулок со сверстниками ради того, чтобы помочь маме с братиком. Мой ребенок ухитрялся один (если я вдруг отвлеклась и недоглядела) помыть клопику обкаканную попку. На мое замечание, что она сама еще маленькая и может нечаянно его уронить, она с возмущением во взгляде объясняла, что никогда не уронит любимого братика.

Я - счастливая мама. Как благодарна я своей Александре за все, все! Я, мучимая угрызениями совести, отправляла ее гулять с коляской, чтобы иметь возможность переделать какие-никакие домашние дела, и никогда не услышала от нее упрека. Моя малышня стирала и гладила пеленки, меняла подгузники, она была и остается для нашего Иванушки - первой и главной мамой; а я - однозначно второй. Мой ребятенок добровольно взвалил на себя непосильные обязанности по уходу за братцем; тем более, что папа наш - совсем нам в этом не помощник, к сожалению. Приходя вечерами с работы, он делал испуганные глаза: "Она его уронит. Саша, не трогай его." И сам боялся протянуть к нему руки. Да и сейчас, когда Ивану уже год, папа боится его крика и плача, и сразу норовит сунуть в руки маме или Саняше. А Санька добросовестно выполняет папину работу, и делает ее с радостью и удовольствием. А как Ванюша заливается счастьем, когда сестричка возвращается из школы! Я просто умиляюсь, глядя на любимых чад.

Вот такая у меня няня для младшего сына. И мне с ней, несомненно, очень повезло. С самого рождения дочка была для меня самым близким другом, надеюсь, и навсегда мы останемся с ней добрыми друзьями.

Автор: КосмополитКА , Этот e-mail защищен от спам-ботов. Для его просмотра в вашем браузере должна быть включена поддержка Java-script